ПОГОДИН ГЕОРГИЙ МОИСЕЕВИЧ
- Мы защищали Севастополь, доставляли героическим защитниками города боеприпасы, участвовали в десантных операциях, ходили в рукопашные атаки на врага. Каждый наш рейс был рискованным. До бухты ещё далеко, а возле нас взрываются фонтаны воды, слышно, как по броне бьют осколки. Не раз приходилось прыгать в ледяную воду, попадать под пулемётный огонь, - вспоминал ветеран. Однажды снаряд вражеского бомбардировщика угодил в эсминец. Корабль затонул, но многие спаслись. Погодина подобрали через 28 часов. После госпиталя он оказался в батальоне связи. Здесь получил новую военную специальность – телеграфист. В составе 63-го стрелкового корпуса их бригада освобождала Прибалтику.
День Победы механик Погодин встретил под Либавой. Гремели выстрелы салютов. Яростнее, чем в любой атаке, люди кричали: «Ура!» Но фронтовые дороги Георгия не кончились. На наших восточных рубежах стояла более чем миллионная армия Японии. Погодин участвовал в десантных операциях. В Порт-Артуре получил контузию. После госпиталя, в 1948 году демобилизовался. Георгий Моисеевич награждён многими боевыми наградами, в том числе медалями «За отвагу», Нахимова, «За оборону Севастополя», «За победу над Германией», «За победу над Японией».
КОЛУПАЕВ ИВАН АЛЕКСЕЕВИЧ
ВАСЕНЁВ АЛЕКСАНДР ФЁДОРОВИЧ
На службу Александра ВАСЕНЁВА призвали еще до войны, в погранвойска. Службу нёс шофером. Воевал на Карельском фронте. Немецкое командование хотело одним броском перерезать главную артерию, соединяющую Большую Землю с Мурманском, — железную дорогу. Рота Васенёва окопалась в низине, а фашисты расположились на высотке. Особенно докучали снайперы. Не давали головы поднять. Потому что видно, как на ладони. Боя еще не было, а красноармейцы уже несли потери. Вечером объявили: будем брать высоту. Ночную темноту осветила зеленая ракета. Все слилось, все сжалось в единый комок: нервы, чувства. И не было ничего вокруг, кроме этого стремительного броска. Он был так ошеломителен и дерзок, что враг, не успев опомниться, был выбит. Александра Фёдоровича контузило уже на самой высоте. Ломило в висках, звенело в ушах, но, потуже стянув голову бинтом, так боль была меньше, он не покинул боевых рядов.
За мужество и отвагу командование наградило его медалью «За отвагу». Враг был остановлен, враг не прошел. До 1943 года Васенёв участвовал в боях на Кандалакшском направлении, затем был переброшен в район Тихвина. Позднее — моторизованный полк ВВС. День и ночь подвозил снаряды и авиабомбы, снабжая боевые самолеты. Наши войска вели наступательные действия в районе Волховстроя. А в 1944 году опять район Мурманска, участие в освобождении норвежского города Киркенес. Здесь Александр Васенёв и встретил День Победы, уже старшим сержантом. Награждён орденом Отечественной войны, медалями «За Отвагу», «За освобождение Заполярья», «За Победу над Германией», юбилейными. С 1946 года Александр Фёдорович работал в поселке Слюда шофером. В те годы каждый рейс из Слюды в Уполокшу был настоящим трудовым подвигом. По бездорожью, по бревенчатому настилу, через болота летом и через снежные метели зимой возили машины слюду и лес. В 1970 году вышел на пенсию, но не смог сидеть без дела. Работал в пожарной охране. Его машина всегда была в идеальном порядке. Фото из Книги Памяти Том IV, г. Ковдор, 2005 г. Васенёв Александр Фёдорович и Козлов Алексей Кириллович у памятника в Шуми-городке.
КОЗЛОВ АЛЕКСЕЙ КИРИЛЛОВИЧ
Алексея КОЗЛОВА призвали на военную службу в сентябре 1940 года, но недолго пришлось послужить в мирное время. Война застала его в Куолоярви, на границе с Финляндией. Командовал отделением связи в пограничном отряде чуть южнее Ковдора, здесь и довелось встретить первый удар немцев и белофиннов.
Вылазку Козлова в тыл противника с заданием уничтожить линию связи командование оценило медалью «За отвагу».
Запомнилось Алексею Кирилловичу нападение пограничников на немецкий аэродром в Алакуртти. Саперы тогда потрудились на славу, свыше двадцати самолетов противника никогда больше не поднялись в воздух. Атака была столь внезапной, что немецкие летчики не успели проснуться, как казармы были взорваны.
8 мая 1945-го старшину Козлова, как одного из лучших лыжников, послали из Ковдора в Кандалакшу со срочной почтой. На перевалочной базе в Ене его застала весть о победе. А километрах в семи от Ены, в партизанском Шуми-городке он уже сам обрадовал долгожданной вестью наших партизан, совершавших отважные вылазки в тыл противника.
Награжден медалями «За отвагу», «За оборону Советского Заполярья», «За Победу над Германией», юбилейными.
После демобилизации в 1947 году Алексей Кириллович уехал на родину, в Сибирь. Но тянуло обратно Заполярье. Через три года приехал в Ену. Работал секретарем сельского Совета, а с 1955 года в Ковдорском городском отделении милиции.
НИКИФОРОВА МАРИЯ
Студентка института физкультуры Мария НИКИФОРОВА в первые же дни войны записалась на курсы медсестёр, и уже в августе 1941 ушла на фронт. Служила в 1-й особой бригаде морской пехоты Балтийского флота в звании сержанта медицинской службы. В конце сентября 1941-го у аэродрома Горелово она вместе с сослуживцами ждала автобус с тяжелоранеными из Ленинграда. А тут немцы. Уйти не удалось. Так Мария попала в плен.
До июля 1943-го работала медсестрой в госпитале для советских военнопленных в Нарве. А когда русские войска перешли в наступление, девушку отправили в немецкую тюрьму в Вильнюсе, затем перебросили в Люблин, а потом она оказалась в Младо-Болеславе (Чехия). На себе узнала, что такое концлагеря Равенсбрюк, Берген-Бельзен. Война шла к концу, немцы понимали, что проиграли. Поэтому к пленным относились особенно жестоко: убивали десятками. Издевались, морили голодом. Мария выжила.
После демобилизации в 1947 году заочно окончила Великолукский педагогический институт. Работала в школе родного Торопца Калининской (ныне Тверской) области, а с 1957 года — учителем русского языка и литературы в ковдорской школе №1, в вечерней школе.
Награждена орденом Отечественной войны II степени, медалями Жукова, «За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения В.И. Ленина».
Фото из архива МАУК ККМ.
ГЛУШНЁВА АННА АЛЕКСАНДРОВНА
Анне ГЛУШНЁВОЙ едва исполнилось 14, когда ее деревню Игнашово, что в Псковской области, захватили немецкие оккупанты. Взрослые, все кто мог держать в руках винтовки, давно воевали на фронте, в деревне остались подростки да старики. Они восстанавливали под лай охранных овчарок разбомбленный аэродром.
В 1944 году советские войска освободили Псковщину. Отступая, фашисты не поскупились начинить псковскую землю противопехотными «подарками». Всю молодёжь оправили на курсы минёров. Так Аня освоила первую профессию. Почти год - по июнь 1945-го - работала на разминировании территории Псковского района Псковской области. Вспоминать об этом Анна Александровна не любила.
- Очень, очень страшно. Идешь. Дадут тебе участок. И разминируй, ищи с помощью деревянной палки с тонким железным наконечником. Прохлопал, значит, кто-то подорвался. Сосед мой погиб – Вася Фомин, подруга моя… Тогда была такая начиненная мина как стакан. Начиненная только шариками. Шрапнельно-прыгающая – на всю жизнь запомнила. Кто-то зацепил за провод, а они же друг к другу прицеплены, она же одна не взрывается. Один зацепил за провод - и всё. Погибло много тогда молодежи.
После войны Анна Глушнева трудилась на сенопункте в родной деревне, на кирпичном заводе в Пскове. С 1954 года – в Ковдоре. Работала путевой рабочей на мотопоезде, в ремонтно-механическом цехе Ковдорского горно-обогатительного комбината, была первостроительницей Ковдора.
Вот небольшое интервью с Анной Александровной, записанное в 2005 году.
https://rutube.ru/video/4ec5c8db923c5015b2421c111438f958/
ТУРЕЦКАЯ КЛАВДИЯ ВАСИЛЬЕВНА
Клава Турецкая работала машинисткой в Кувшиновском (Калининская область) райкоме партии. Началась война, и девушка окончила курсы медсестер. А когда ее парень пропал без вести, стала проситься на фронт, в разведку. Уже в августе 1941-го разведчица 22-й Армии Калининского фронта Клавдия Турецкая отправилась на первое задание.Девчата ходили парами по деревням, собирали сведения о численности воинских частей противника, их передвижении. На ржевском направление девушек схватили немцы. Отправили в Ржев, в лагерь военнопленных, а когда близко подошли советские войска, перебросили в Смоленск, а оттуда – в Вязьму. В 1943-м Клавдии и еще нескольким пленным чудом удалось бежать. Прятались у местных жителей.
- Пробыли мы там два или три дня, - вспоминала Клавдия Васильевна, - и нам сказали: «Ну а теперь идите кто куда». Куда идти? Где этот Ржев, а где Калинин, или моё Кувшиново? Куда я пойду пешком? Поезда не ходят и денег у меня же нет. И вот мы с Вязьмы и до Сычёвки шли пешком, там был штаб. В Сычёвке нас всех собрали, народу было очень много разного, и там всех нас - под конвой. И от Сычёвки до Подольска нас вели под конвоем. Без остановок, без хлеба, как предателей нас всех вели. Посадили в Подольск, там недели, может быть, две просидела, потом вызвали на допрос и сразу же «изменника Родины» мне дали, 58-я, пункт А. Всех нас, всех, кто из плена бежал, всех под статью.
С марта 1943-го по март 1944-го Клавдия провела в Бутырской тюрьме. Девушку вызывали на допросы, требовали признаться в шпионаже, угрожали расстрелом. Она не сломалась, и даже объявила голодовку. Наконец, нашелся человек, который подтвердил ее службу в разведке. После этого Клавдию снова вызвали, зачитали приговор: «В связи с окончанием дела, из-под стражи освободить».
Она вернулась в родное Кувшиново. Днём работала на фабрике, а по ночам принимала сводки Информбюро в редакции местной газеты. Вышла замуж, сменила фамилию на Колчанова. Колесила с мужем по городам и весям на стройках страны.
В 1953 году приехала на Север, через четыре года - в Ковдор. Более 20 лет отработала начальником административно-хозяйственного отдела Ковдорского ГОКа.
Клавдия Васильевна была одним из создателей сообщества ветеранов Великой Отечественной войны в Ковдоре. Составляла списки фронтовиков, вела их учет, собирала людей для общения, рассказывала о войне молодежи. По ее инициативе во Дворце культуры Ковдора появился хор ветеранов.
В одном из интервью Клавдия Колчанова как-то призналась: «На пенсии вот сейчас, и ничего теперь в жизни не боюсь. А чего мне бояться? Я и в детстве, когда отец умер, мне 8 лет было, ходила по людям, побиралась, и на войне была, и в плену, и в Бутырке просидела, чего мне ещё бояться? Самое главное – не падать духом, я помирать не собираюсь, ещё пожить хочу».
Ее не стало в 2002 году.
Предлагаем по ссылке послушать архивную запись эфира радиостанции "Юность" о Клавдии Васильевне Колчановой (Турецкой), подготовленной журналистом Мурманского радио Юрием Каретным. Она вышла в эфир в 1990 году, спустя 23 года после записи https://vk.com/wall-200942315_4014
Фото Клавдии Васильевны Колчановой из архивного фонда музея.
СКВОРЦОВ НИКОЛАЙ ГРИГОРЬЕВИЧ
Вот, например, что писала о нем «Красноармейская правда» от 29 декабря 1944 года: «Приветливо улыбаясь при встрече, с любовью говорят пехотинцы: «Это наши самоходчики».
Там, где трудно было пехотинцам, на помощь им приходили самоходные орудия. В жесткой борьбе рождалось боевое содружество.
Большой любовью пользуется механик-водитель экипажа – гвардии старший сержант Скворцов. Ветеран Отечественной войны, Скворцов является душою подразделения. Орел в бою, он первый весельчак в часы досуга. Если грустно или трудно, Скворцов всегда найдет, чем рассмешить товарища, поднять общее настроение. Он же первый затянет песню, да такую, что усталость как рукой снимет.
Под Николаем Скворцовым горело несколько боевых машин. Он был ранен, обгорал, но по-прежнему в строю, и его бодрости могут позавидовать многие. В этом году машина Скворцова раньше других была подготовлена к зиме: поставлена на подогрев, технически осмотрена, промыта, заправлена зимними сортами смазки, отеплены аккумуляторы и т.д. Машина Скворцова всегда в полной боевой готовности.
Артиллеристы-самоходчики вновь готовы всей своей сокрушительной силой обрушиться на врага».
ДОЛГОРУКАЯ МАРИЯ ТЕРЕНТЬЕВНА
В начале 1943 года пришли наши войска, и в деревне обосновался штаб 134-й стрелковой дивизии. Марии уже исполнилось 18 лет, и она решила пойти на фронт. Попала в 796 отдельный батальон связи 334 стрелковой дивизии телефонисткой.
В батальоне связи было три девушки. Но Мария чаще выходила на линию при порывах. Хрупкая девушка тащила на себе катушку с проводом и телефонный аппарат. Нужно было найти обрыв, связать его концы, проверить связь. Часто это приходилось делать в условиях боя под огнем противника. За мужество командование представило ее к награждению медалями «За боевые 3алуги» и «За отвагу», «За взятие Кенигсберга», «За победу над Германией», юбилейными, орденом Отечественной войны II степени.
Демобилизовалась Мария в августе 1945 года из Восточной Пруссии. С подругой поехала в Ташкент. Там работала воспитательницей в детском саду, вышла замуж. А в 1961 году вместе с мужем приехала в Ковдор. Работала в «Стройтресте».
Фото из газеты «Ковдорчанин».
АНИСИМОВ ПЁТР ФЁДОРОВИЧ
ЛЕОНИДОВ АЛЕКСАНДР ГРИГОРЬЕВИЧ
Александр Григорьевич Леонидов, ковдорчанин, один из награжденных медалью "За оборону Сталинграда".
Этой медалью награждались участники Сталинградской битвы, независимо от рода войск (армия, флот, НКВД), а также гражданские лица, принимавшие непосредственное участие в боевых операциях в период с 12 июля по 19 ноября 1942 года.
В мирное время Александр Леонидов работал в Ковдорской геологоразведочной партии.
Награжден медалью «За оборону Ленинграда», орденом Красной Звезды, медалью «За Отвагу», орденом Отечественной войны I степени и другими наградами. Войну закончил в Кенигсберге. Несколько раз был ранен. С осколками в ноге прожил всю жизнь. После войны выбрал профессию бурового мастера в Северо-Западной геологоразведочной партии. Работал в труднодоступных местах Якутии, Архангельской области - на берегах реки Мезени, где со своей бригадой пробурил скважину глубиной 1200 м. Три года отработал на Шпицбергене. Искал газ, нефть, железную руду и другие полезные ископаемые, так нужные нашей стране после войны.
Ковдорчанин Михаил Чучнев был отважный артиллерист-зенитчик. В августе 1942 года восемнадцатилетнего Мишу призвали Ярославский военкомат. Служил в 975-м зенитном артиллерийском полку 10-й зенитной артиллерийской дивизии 3-й гвардейской танковой армии. Воевал на Воронежском, 1-м Украинском фронтах. Принимал участие в сражении на Курской дуге. Был ранен. Лечился в госпитале.
«В конце войны нашу часть бросили в Чехословакию, - вспоминал ветеран. - Двигались по горной дороге через перевал. Местами она была настолько узкая, что не вмещались танки. Налетели самолеты, стали бомбить. Я сидел рядом с шофером в кабине. Один осколок бомбы, пробив дверку кабины, вошел в плечо водителя. Машина осталась без водителя. Вот туг мне пригодились довоенные знания с курсов ДОСААФ. Колонна после бомбежки должна была начать движение. Объехать нашу машину было невозможно - справа скала, слева пропасть. Пришлось мне сесть за руль. Вспомнилось переключение скоростей, назначение педалей. Наш комбат, увидев меня за рулем, даже перекрестился: «Ты что, шоферить можешь?». – «Как видишь».
Победа застала его в Германии, на реке Шпрее. Демобилизовался в апреле 1947 года. В августе 1950 года приехал по вербовке в город Кандалакшу, на строительство третьей очереди ГЭС, законсервированной на время войны. В Ковдоре - с 1961 года. Работал в тресте «Ковдорстрой».
Михаил Константинович Чучнев - кавалер орденов Красной Звезды, Отечественной войны, медалей «За победу над Германией», «За освобождение Праги».
Фото из фондового собрания МАУК ККМ.
Интервью с ветераном можно посмотреть по ссылке:
https://rutube.ru/video/aa27613ae2ed9b23930bffc8c649a7f6/
На фронт Гриша СОЧКИН попал осенью - 1941 года. В гвардейскую воздушно-десантную бригаду. Определили разведчиком. Боевое крещение – под Смоленском. Первое ранение – в феврале 1942-г под Можайском. Госпиталь, и увольнение в запас. Шел ему в ту пору семнадцатый год. Скрыл ранение, и вновь в армии. Сначала курсант, а затем – командир отделения разведки. В подчинении находились люди гораздо старше его. Они берегли молодого командира, как могли. Был он, конечно, совсем мальчишкой.
Hy, зачем, спрашивается, связался с теми двумя фрицами? Они ехали на мотоцикле и заметили его. Остановились: «Рус, ком! Рус, ком!» Перед ними - пацан пацаном: стиранная-перестиранная рубаха, котомка на плече. Этакий деревенский пастушок. Дали пинка. Но взыграло самолюбие. Когда немцы уже шли к мотоциклу, Гриша выхватил шестизарядный вальтер и с нескольких метров начал всаживать пули в спины врагов. Он стреляет, а они - о ужас - не падают! Уже и обойма пуста... только тут две фигуры начали клониться к земле. Подбежали из укрытия свои. Оружие отобрали. Как еще не накостыляли. Задание всей группы мог сорвать. Быстро забросали пылью кровавые следы. Трупы и мотоцикл стащили с дороги, утопили в болотине и давай уносить ноги.
Трое суток потом ничего не ел. В ушах звенело, видел словно наяву: он - стреляет, а они почему-то не падают. Началась упорная рвота. Убить человека не так просто.
И по второму кругу: вновь ранение, снова госпиталь, возвращение в действующую армию.
- Подлечив в госпитале после очередного ранения, меня направили в горвоенкомат, снова признав непригодным, - вспоминал Григорий Борисович. - «Не» с военкомом мы в справке подтерли, и он направил меня в пересыльный пункт. Там, естественно, сообразили, почему бумага протерта до дыры, но закрыли на это глаза. Не в тыл же парень просится... Прибыл в учебный танковый полк. На первой же физзарядке старшина обнаружил следы ранения на плече (левая рука не подымалась). В конце концов усадили меня писарем. Отличный харч (как говорили тогда), в любое время. Новенькое обмундирование (жил ведь со старшиной в каптерке). Ни тебе отбоя, ни тебе подъема. Живи всю войну, как на курорте. Вскоре получаю от матери письмо: умер от голода и ранений младший братишка, погиб отец. Я тут же стал проситься на фронт, в часть, где служил отец.
К просьбе прислушались. Решили, что воевать механиком на танке я еще смогу. После короткой подготовки весной 44-го снова очутился на фронте. Сначала механиком-водителем, командиром самоходной установки. Участвовал освобождении Белоруссии, Прибалтики».
В одном из боев экипаж отличился и... был направлен на учебу танковое училище. Случай довольно-таки редкий. В запас Григорий Борисович ушел аж в июле 1949 года.
Награжден орденом Красной Звезды, двумя медалями «За отвагу», «За оборону Москвы», «За оборону Сталинграда», «За взятие Кенигсберга» и семью юбилейными.
Долгие годы работал на обогатительном комплексе Ковдорского ГОКа.
Фото из архива МАУК ККМ.